В «Новой газеты» вышел ироничный и — я бы сказала — легкий текст моей коллеги Юлии Латыниной
«Бунт». Действия разворачиваются в Воронежской области, где местные глупые жители вот уже больше года протестуют против разработки никелевого рудника, а выигравшая тендер лучшая в мире Уральская горно-металлургическая компания начала пробное бурение. 22 июня, после антиникелевого митинга, лагерь геологов был сожжен невежественными «аборигенами», молящимися богу бюджета, как папуасы богу Карго (что, конечно, не делает чести бунтующим).

Латынина провела два дня в Новохоперском районе и написала на самом деле не репортаж, а программную статью политологического свойства, которую можно назвать манифестом либерального радикала, а можно — путевыми заметками капитана Кука, пока еще не съеденного автохтонным населением, не понимающим своего счастья, которое несет им белая цивилизация.

Кратко фабула: «То, что происходит в Прихоперье, — холерный бунт» бездельников-бюджетников и пенсионеров, не отличающих никель от вольфрама, бунтует «ядерный электорат партии власти», который «ходит с иконами и рассказывает о вреде любого нового производства», мотивируя гипотетической «депрессионной воронкой». Лицо протеста — ряженые казаки, лежебоки, пьяницы, священники и женщины, которые «посыпают землю солью и читают заговоры». Но не ведают, что творят, поскольку,на самом деле есть главный кукловод — «московский пиарщик Константин Рубахин. Протесту помогает могущественный монстр «Норникель», проигравший тендер УГМК.

Так получилось, что я с прошлого лета веду эту тему в «Новой газете», давно знаю многих людей, с которыми пообщалась Латынина, и потому — не могу не ответить. Ну хотя бы еще и потому, что текст этот вовсе даже не о никеле и не о реке Хопер. А о том, имеют ли право люди без высшего образования, живущие на пенсии и пособия, которые вяжут пуховые платки и разводят свиней, — имеют ли эти люди право на свое мнение и на протест? Выяснив, что местные жители недотягивают до интеллектуального уровня среднеупакованного москвича, Латынина отвечает категоричным «нет»: так они нас совсем в пещеры загонят.

Я так поняла: социальный, имущественный и образовательный ценз может быть введен не только на фейс-контроль элитного клуба, но и на протест. Экономику надо развивать, эволюцию с прогрессом поддерживать, а если есть неразумные, что выступают против, так вот как раз туда было бы и неплохо прислать какой-нибудь ОМОН — поразмяться. Права на волеизъявление эти странные люди, которые и денег в руках никогда не держали, попросту не имеют.

Мне кажется, что это — теория насильственной стратификации, сословного неравенства и сегрегации, которая как раз прогрессу и не способствует — и, мало того, входит в противоречие с эволюционным подходом, столь любимым автором.

Юлия Латынина вкусно цитирует самые несуразные доводы протестующих: «трехногие дети будут рождаться», «вода закончится, Россия погибнет», «никель — радиоактивен»… Не буду спорить: я тоже слышала такие ответы. И не только в далеком Новохоперском районе. На одном из последних митингов на Болотной ко мне подошел старичок, который сообщил, что именно он «силой Господа нашего, чей он посланник», и привел всех на площадь.

Странных людей вообще-то много, и они, как правило, кучкуются там, где происходит хоть что-то. Однако «жителей Болотной» Юлия Латынина почему-то не считает ни «люмпенами», ни клубом сумасшедших, не допуская в их отношении логическую ошибку ложной аналогии.

Если абстрагироваться от идеологии, то возникнет вопрос, такой же естественный, как естественное право человека на недовольство: раз люди толком не могут сформулировать претензии и обосновать экологические риски — значит, этих рисков нет? Или все-таки есть, но только людей о том в известность не ставят? Либо они есть, но Великий Бог УГМК их решит с помощью пары, ну — тройки, заклятий? Увы, в статье об этом ни слова. Иначе не получится картинка бунта действительно не только беспощадного, но и бессмысленного.

В принципе найти экспертов по этой конкретной теме несложно. Например, есть такой человек Николай Чернышев — геолог с 50-летним стажем, сам из Воронежской области (или только москвичи могут называться важным словом «эксперт»?). Он эти никелевые месторождения изучал полжизни. И, к слову, не против никеля как такового — но еще осенью, в телефонном разговоре, когда я процитировала ему полученные мной от УГМК предварительные планы разработок, Чернышев подробно обосновал экологические риски: трехслойная пленка, закрывающая хвостохранилища (по сути — отходы), может прорваться, и часть вредных элементов будет уходить в воду и почву; добыча сверху может повредить водоносные горизонты, вода начнет уходить, и озера — мельчать; горно-обогатительный комбинат будет пылить; часть воды из водохранилища неизбежно будет проникать в речку Хопер; само месторождение — вблизи тектонического разлома, шахта может начать осыпаться.

Так что на первый взгляд смешные аргументы местных жителей о страдающих помидорах и пыли, вредной для пчел, и даже — о землетрясении — не лишены оснований. Их можно считать упрощенной версией экспертного мнения. Да и какая разница — Гефест шуршит в вулкане или магма прорывается наружу — спасаться надо. Но, может быть, и не стоит ожидать от людей, занимающихся сельским хозяйством, мелким предпринимательством и домашним промыслом, — ответов на уровне доктора геологических наук. Им просто надо понять: спасаться — или все-таки нет? И вот это как раз им никто объяснить и не желает, в том числе и обозреватель Юлия Латынина.

Конечно, говорить об экологической составляющей сложно: нет еще полного проекта от УГМК, нужна независимая экологическая экспертиза. Необходимо сравнить два (а то и три) экспертных документа, объяснить все людям и только тогда принимать решение. Однако, наверное, УГМК и областным властям страшно: не дай бог выяснится, что «аборигены, верящие в бога Чернозема», в чем-то правы?

Теперь так: вспомните, как власть объясняет Болотную? Западные дирижеры из-за кулисы за печеньки скупили активистов, которые манипулируют неразумными массами. Так же ведь? Но так же, увы, Юлия Латынина объясняет протест в Воронежской области. Людьми манипулирует московский пиарщик Рубахин, который, судя по всему, был нанят «Норникелем», потому что: а) Рубахин — политтехнолог, работал в команде Гельмана; б) «Норникель» проиграл тендер и хочет отомстить конкуренту; в) у «Норникеля» есть деньги, а деньги любят все.

Забудем о том, что, проиграв конкурс, «Норникель» сделал красивый жест и официально заявил, что от борьбы за месторождение отказывается. И что если бы «Норникель» устранил УГМК, то ему все равно пришлось бы иметь дело с той самой разъяренной толпой. Но, допустим, «Норникель» ничего не боится, а Рубахин — гений политтехнологий. Но это — допустим. А где доказательства? Ведь именно их стоит искать, хотя бы на уровне шпионского камня и визита Яшина к послу Макфолу, — увы, в тексте доказательств нет, даже таких, — ни одной «улики».

Вообще-то за два дня, которые Юлия Латынина провела в Новохоперском районе, сложно изучить всю структуру протеста. Потому об этом — подробнее. Во-первых, здесь не один только пресловутый Рубахин. Есть свои группы в Воронеже, Борисоглебске, Новохоперске, Анне, Урюпинске… Если в Новохоперском районе костяк составляют в основном деревенские жители, то в Воронеже, где время от времени проходят митинги, совсем другой состав протестующих: студенты, мужчины и женщины активного возраста от 25 до 40 — типичные «рассерженные горожане». Да, есть и казаки. Есть движение «Стоп-Никель!», которым, кстати, руководит Галина Чибирякова, успешная предпринимательница, — так что, согласно стратификации Латыниной, вряд ли ее стоит обделять правом голоса. Есть еще «Зеленая лента», которая разошлась с движением «В защиту Хопра» и «Стоп-Никелем!» по идеологическим соображениям. Воронежских жителей поддерживают Гринпис и WWF, на их стороне некоторые члены Общественной палаты, и недавно глава президентского Совета по правам человека Михаил Федотов написал письмо губернатору Гордееву с просьбой взять ситуацию под личный контроль и выслушать противников никеля. Получается, что всеми этими — столь разными — людьми манипулирует великий Рубахин на деньги «Норникеля». Или все-таки не получается?

Можно найти в тексте и фактические неточности. Например, про УГМК, которая «скупила все земли» под месторождение (не скупила, а получила в аренду). Но это — детали.

Важно другое. Власть относится к загнанному им в скотское состоянии населению как к ничтожеству, с которым не нужно говорить, которому не нужно ничего объяснять, которых можно насильно «облагодетельствовать»: вам тут комбинат строят, а вы еще недовольны — торгуйте себе пуховыми платками и разводите свиней, с остальным без вас разберутся. И как-то само собой получилось, что с этим посылом, выводящим людей на протест, что в Сочи, что в Москве, что в Воронеже, оказалась солидарна либеральный журналист Юлия Латынина. Так что здесь, действительно, не в никеле дело — а в какой-то «депрессионной воронке», затягивающей в бездну страну и даже лучших ее представителей.